Возмутительно: «Я отслужил 380 дней в резерве — и оказался под арестом среди наркоманов и преступников»

Возмутительный инцидент в Беэр-Шеве: 36-летний житель Офакима Тамир Азулай, женатый отец троих детей, отслужил, по его словам, 380 дней в резерве (милуиме) и в эти дни должен снова призваться в армию. Последние два месяца он ведет изнурительную борьбу с властями за возвращение своего личного оружия после того, как открытое против него уголовное дело было закрыто за отсутствием состава преступления.

Азулай, работающий руководителем строительных проектов, рассказывает, что инцидент произошел 11 мая на стройплощадке в Беэр-Шеве. По его словам, водитель автобетоносмесителя устроил дебош на территории и угрожал рабочим, из-за чего Азулай вызвал полицию и попросил удалить его с объекта.

С прибытием полицейских водитель заявил, что Азулай направил на него свое личное оружие. Азулай это категорически отрицает и утверждает, что запись с камеры видеонаблюдения на объекте доказывает: он не доставал оружие и ни на кого его не направлял.

На основании жалобы Азулая доставили в отделение полиции Беэр-Шевы, а его оружие изъяли. «В тот момент полицейские решили задержать меня для привода в участок, отобрали оружие, вытащили все из карманов и с позором вывели со стройплощадки, как последнего преступника», — рассказал он. По его словам, он провел около четырех часов в камере с другими задержанными. Этот опыт он описывает как «унизительный и травмирующий». «Я абсолютно нормативный человек без криминального прошлого. Я оказался в участке из-за обвинения, которого просто не было и быть не могло», — заявил он.

Полиция сама постановила: криминальной вины не обнаружено

Из официального уведомления, переданного полицией Азулаю, следует, что расследование против него было начато по подозрению в угрозах. 31 мая 2026 года полиция Израиля сообщила ему о закрытии дела. В документе было четко указано: «Основание для закрытия дела: в ваших действиях не обнаружено криминальной вины».

По словам Азулая, решение было принято после того, как он передал полиции запись с камеры видеонаблюдения на объекте. Он утверждает, что видеоролик наглядно показал: он не доставал свое личное оружие и не направлял его на водителя.

Закрытие дела за отсутствием состава преступления означает, что оно не вносится в полицейскую базу данных как судимость или криминальное досье. Вместе с тем, закрытие расследования по этому основанию не означает, что заявитель совершил преступление в виде подачи ложного доноса, а лишь указывает на то, что в действиях Азулая не было обнаружено уголовной вины.

По словам Азулая, несмотря на то что с момента закрытия дела прошло много времени, его личное оружие ему до сих пор не вернули. Он рассказывает, что неоднократно обращался в отделение полиции, в Департамент лицензирования огнестрельного оружия при Министерстве национальной безопасности и в канцелярию министра Итамара Бен-Гвира, однако, по его утверждению, так и не получил ответа, который привел бы к решению проблемы.

«Десятки звонков в Департамент лицензирования огнестрельного оружия, десятки визитов в участок, и каждый футболит меня от одного к другому. Министерство национальной безопасности обвиняет полицию, а полиция обвиняет министерство», — заявляет он. Азулай добавил: «Я — простой гражданин, который является по первому зову государства, и в итоге оказываюсь униженным и без своего личного оружия из-за инцидента, которого вообще не было».

Полиция: «Оружие возвращено». Азулай отрицает: «Может, вернули кому-то другому, это какой-то бред»

В ответ на запрос из полиции Израиля сообщили, что дело закрыто, а оружие Азулая было ему возвращено. Азулай категорически опровергает это заявление и утверждает, что оружия у него по-прежнему нет: «Возможно, они вернули личное оружие кому-то другому, но точно не мне».